Мытищи. Новости

Яндекс.Погода

воскресенье, 27 мая

ясно+11 °C

Онлайн трансляция

30 октября – День памяти жертв политических репрессий

30 окт. 2017 г., 9:23

Просмотры: 244


Массовые акции в память безвинно погибших в тюрьмах и лагерях проводятся в России с 1987 года, на официальном уровне День памяти жертв политических репрессий был учреждён в 1991 году. Ежегодно по всей России 30 октября проходят траурные акции – митинги, возложения венков и цветов к памятникам репрессированным, уроки памяти в учебных заведениях. Одна из традиций – «Возвращение имён», когда у «Соловецкого камня» с утра до вечера читают расстрельные списки. Мы тоже присоединяемся к памятной акции возвращения имён. Помним, чтобы не дать этому повториться.

1937 год... Чёрный, юбилейный год пика Большого террора. Год, искалечивший судьбы миллионов людей. Об одной такой семье мой рассказ.

В начале XX века семья Ефима Старикова проживала в селе Большая Уса Осинского района бывшей Пермской губернии. Было в семье четверо детей, крестьянствовали на своей земле, жили в большом доме. В 1915 году снялись с насиженного места и поехали на Дальний Восток, на строительство КВЖД (Китайско-Восточной железной дороги). В 1917 году перебрались в Харбин. А после революции границу между Россией и Китаем перекрыли, так и оказались Стариковы за границей.

Мой рассказ о Петре Старикове, одном из сыновей Ефима. Пётр родился в России в 1907 году и имел подданство России. Жили в Харбине скудно, в 12 лет Петя уже начал работать. С 13 лет он работал в типографиях Харбина: сначала учеником наборщика, затем наборщиком в английской типографии «Биза», позднее наборщиком в типографии «Заря», принадлежащей Лембергу, и типографии «Новая жизнь» предпринимателя Чернявского.

Видимо, активным молодым человеком был Пётр Стариков, если в 1925 году его, восемнадцатилетнего юношу, избирают освобождённым членом правления союза полиграфов с выполнением обязанностей секретаря союза. В 1927 году он переходит на работу в профсоюз КВЖД в качестве инструктора по работе с молодёжью. В июле 1927 года на квартиру, где собиралась молодёжь, чтобы обсудить вопросы проведения совместного отдыха, нагрянула китайская полиция и арестовала всех собравшихся. Девять месяцев провёл Пётр в китайской тюрьме, а когда освободился, уехал на Родину, в Россию. Сразу поступил учиться на механический факультет Дальневосточного государственного университета и в 1932 году получил диплом по специальности «инженер- технолог по холодной обработке металлов».

Все эти архивные данные я разыскала в объёмных материалах дела Петра Старикова, арестованного органами НКВД в 1937 году. Ко времени ареста Петра Старикова он был уже дважды женат и был отцом двух маленьких дочек. Первая его жена, полька, была необыкновенно красива: когда она шла по улице, прохожие оглядывались ей вслед. В 1933 году у молодой семьи родилась дочь Валя, унаследовавшая от матери её красоту. Но случилось горе: жена Петра, работавшая пионервожатой, заболела и умерла то ли от воспаления лёгких, то ли от туберкулёза. Мужчине трудно было одному жить с маленьким ребёнком, и спустя некоторое время Пётр женился вторично – на Агриппине Фроловой, семья которой жила в Мытищах на улице Титова, 18. По набору Агриппина поехала из Мытищ на Дальний Восток, поступила на завод мастером- распредом: выдавала инструменты. В 1937 году у Петра Старикова и Агриппины Фроловой родилась дочь, которую назвали Наташей. Сегодня это Давыдова Наталья Ивановна, жительница города Мытищи.

Ей исполнилось четыре месяца, когда арестовали отца. Пётр Ефимович был не только хорошим специалистом, но и очень ответственным человеком. Он заботился о рабочих, добивался улучшения условий их труда и быта: чтобы им выдавали спецодежду, сапоги. Кое-кому это не очень нравилось, и его в конце концов арестовали. Случилось это 14 ноября 1937 года.

Судя по материалам дела Петру Старикову припомнили всё: и то, что он проживал за границей (в Китае), и то, что занимался там общественной работой, и то, что его близкий родственник, брат жены, был арестован и расстрелян за якобы саботаж на железной дороге. В конце концов обвинили его в шпионской деятельности в пользу Японии и постановлением ОСО (особого совещания в составе трёх человек) приговорили к расстрелу.

Мать пыталась хоть что-то узнать о судьбе мужа, какой ему вынесли приговор, но безуспешно, ей ничего не говорили. А она в это время кормила грудью ребёнка – Наташу. Не знала она, что нельзя кормить ребёнка молоком, пропитанным горем и болью. Девочка, ранее здоровая и развитая, начала болеть и хиреть. Так продолжалось несколько месяцев, ребёнок слабел всё больше. И мать, не видя выхода, решила уехать в единственное место, которое знала, – в Мытищи. Там жила бабушка, забравшая ещё ранее Валю – дочку Петра от первого брака.

А Петра Старикова расстреляли через два месяца после ареста – 21 января 1938 года в 23 часа (какая изуверская точность!).

Когда в конце войны Агриппина пошла на Лубянку, чтобы узнать, что случилось с мужем, ей сказали, что Стариков Пётр умер в 1943 году от воспаления лёгких. В 50-е годы началась реабилитация безвинно осуждённых в годы сталинских репрессий, и вдове выдали деньги… зарплату мужа за два месяца. Узнать, где он похоронен и за что его посадили, тогда не удалось. Только в 90-е годы, когда мать уже умерла, когда стали раскрывать архивы КГБ, Наталья узнала о судьбе отца.

«Вы знаете, это было враньё, что отец умер от воспаления лёгких, – рассказывает она, – мне дали справку, что отца расстреляли. Маленькую такую, как давали раньше квитанции в прачечной. На такой тонкой, почти папиросной бумаге. Квитанцию дали, что человека расстреляли!»

В материалах дела обнаружилась ещё одна справка – Хабаровского УВД от 24 октября 1960 (!) года, о том, что Стариков П.Е. осуждён к высшей мере наказания и… умер от воспаления лёгких 23 марта 1943 года! Смерть зарегистрирована в Сталинском бюро ЗАГС города Хабаровска 26 февраля 1946 года, через три года после этой мнимой кончины.

«Нашей семье всю жизнь сломали, – говорит Наталья Давыдова. – Я так и не знаю, где похоронен мой отец, не знаю ни бабушки, ни его братьев-сестёр – они все остались где-то в Харбине. А я хожу в храм, молюсь за всех безвинно погибших».

30 октября поставит она в храме свечу за своего отца и за миллионы других, погибших в страшные годы сталинских репрессий. Поставьте такую свечу и вы у себя дома.

Галина Дениско, заместитель председателя Мытищинского общества жертв политических репрессий