Это грозное слово «война» | Мытищи - последние новости

05 декабря 2021, 10:00

Это грозное слово «война»

Это грозное слово «война»

Лето 1941 года, каникулы после окончания третьего класса в Загорске. Прекрасное солнечное воскресенье, мы с отцом идем по проспекту РККА в центр города. И вдруг нам навстречу папин знакомый, который кричит отцу «Война, Филя! По радио выступал Молотов и объявил о вероломном нападении немцев на Советский Союз. Уже бомбили Киев!». Так в нашу жизнь на несколько последующих лет вошло страшное слово «война»!

Война! Война! За этим коротким словом скрыто столько событий, чувств, движений человеческой души – бедствия и лишения сотен миллионов людей, ужасы бомбежек, смертей и плена.

Началась тревожная жизнь. В городе ввели затемнение, окна заклеивали на случай бомбёжки. В магазинах исчезли продукты, потом ввели продовольственные карточки, которые отоваривались в порядке очереди. С очередями связаны тяжёлые воспоминания, в них люди часто падали в обморок. Карточки выдавали один раз в месяц, их нельзя было терять. Потеря грозила голодом. На рынке стоимость хлеба была недоступна для нашей семьи.

С запада шли беженцы, покидавшие свое место жительства из-за нападения немцев. Порой они были без документов, полураздетые. У нас во дворе находился эвакопункт, куда направляли беженцев. Там их обеспечивали талонами на питание, расселяли в городе или отправляли вглубь страны. Горожане приносили одежду и обувь для них, какую-то еду.

Ситуация быстро менялась, начались бомбёжки. Бомбили железнодорожный вокзал, воинские эшелоны, заводы. Но часто бомбы попадали в жилые дома. Особую опасность представляли зажигательные бомбы. К их тушению готовились. На чердаках домов были ящики с песком, щипцы для зажигалок, ёмкости с водой, у домов приставлены лестницы для подъёма на чердаки. Сооружали бомбоубежища, во дворе рыли траншеи, покрытые стволами липовых деревьев. Бомбили часто, иногда по нескольку раз в день. Одна из бомб упала в соседний двор, наш дом сильно тряхнуло.

Отца на фронт не взяли, у него была бронь, поскольку он работал на военном заводе. В конце ноября 1941 года поступил приказ об эвакуации завода № 11 на Урал. Мама ехать с детьми (нас было двое) отказалась: «дома и стены помогают». Но последний подготовленный к эвакуации эшелон разгрузили, чтобы завод мог продолжить работать на прежнем месте, так как готовилось наступление наших войск под Москвой. Продукция заводов была нужна срочно здесь.

Дети, как могли, помогали одержать победу: заготавливали корма для колхозных животных, собирали посылки на фронт с письмами для бойцов, вязали для них шерстяные носки и варежки, шили кисеты для табака с вышивкой. Посещали выздоравливающих бойцов в близлежащих госпиталях, читали стихи, пели песни, помогали раненым бойцам писать домой письма.

Каникулы закончились, осенью мы пошли в школу, но учиться там не пришлось – в школе был открыт госпиталь, так как для раненых не хватало места в больницах города. Шли ожесточённые бои и за Москву. Нас перевели в другую школу, где мы учились в три смены. Обстановка была критической – в городе создавались партизанские отряды, устраивались базы в ближайших лесах.

Зимой 1941-го для защиты Москвы стали подходить войска из Сибири. В нашей квартире находился штаб. Бойцы были прекрасно обмундированы – в красивых белых полушубках, шапках-ушанках, валенках. Техника была замаскирована в белый цвет. Они ездили на разведку в сторону Дмитрова, канала имени Москвы.

Из разведки наши бойцы возвращались не все, так как попадали под обстрел или бомбовый удар.

Первые числа декабря стали поворотными в боях за Москву. Все, в том числе и дети, ликовали – угроза для Москвы миновала. Это было общее счастье. Эту радость забыть нельзя.

Валентина Козлова (1931 г.р.),

участник трудового фронта, активист первичной ветеранской организации «Лётное поле» городского округа Мытищи

(Литературная обработка И.П. Гавриленко –

поэта, члена ЛИТО имени Дмитрия Кедрина, члена первичной ветеранской организации «Лётное поле»)